Информационная справка «О необходимости определения срока лечения конкретного больного и его реабилитации на этапе судебно-психиатрической экспертизы» (п.23, 35.2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 июня 2015г. № 30)

Федеральным законом от 25.11.2013 г. № 313-ФЗ статья 196 УПК РФ была дополнена пунктом 3.2 об обязательном назначении судебной экспертизы с целью выяснения вопросов, страдает ли обвиняемый (подозреваемый) наркоманией и нуждается ли он в лечении, а также в медицинской реабилитации по поводу этого заболевания. После вступления в силу указанного законодательного нововведения (24 мая 2014 года) в следственной, судебной и экспертной практике возник ряд вопросов, требующих четкого и однозначного толкования.

Официальные и юридически обязательные разъяснения относительно некоторых из этих вопросов содержатся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ, которое было принято в июне 2015 года (Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 30 июня 2015 г. № 30 «О внесении изменений в постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 июня 2006 года № 14 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами»). В абз. 2 п. 35.2 этого Постановления указывается, в частности, что «срок, необходимый для проведения курса лечения конкретного больного от наркомании и его реабилитации, должен быть определен в заключении эксперта». Практическая реализуемость приведенного указания вызывает серьезные сомнения, поскольку судебные эксперты, устанавливающие наличие у лица наркомании и его нуждаемость в лечении, не в состоянии определить точный срок применения лечебных мер.

Время, которое может потребоваться для проведения курса лечения в отношении конкретного больного наркоманией, зависит от целого ряда обстоятельств. На стадии экспертизы многие из них определить невозможно. Поэтому вопрос о сроке лечения конкретного больного может и должен решаться его лечащим врачом непосредственно в ходе проведения лечебных мероприятий.

В связи с тем, что требование об определении сроков лечения, содержащееся в абз. 2 п. 35.2 Постановления Пленума, для судебных экспертов невыполнимо, Генеральная прокуратура РФ обратилась в Верховный Суд РФ с просьбой о внесении в указанное Постановление соответствующих изменений (письмо Заместителя Генерального прокурора РФ от 12.10.2015).

В своем ответе (письмо от 10.11.2015) Заместитель Председателя Верховного Суда РФ указал следующее.

Разъяснения, содержащиеся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2015 г. № 30, ориентированы на суды и не регламентируют деятельности экспертов.

Абз. 2 п. 35.2 Постановления содержит разъяснение о том, что суды вправе ставить вопрос о сроке лечения и реабилитации перед экспертами. Для суда желательно, чтобы эксперт установил прогнозируемый срок лечения и реабилитации больного наркоманией подсудимого, поскольку это имеет значение для принятия судом решения об отсрочке отбывания наказания данным подсудимым и длительности отсрочки. Однако при этом, как отмечается в ответе Заместителя Председателя Верховного Суда РФ, «суд не может обязать эксперта определить соответствующий срок в любом случае».

На основании вышеизложенного предлагается следующая формулировка ответа на вопрос о сроке лечения конкретного больного наркоманией для тех случаев, когда такой вопрос будет ставиться при назначении судебно­психиатрической экспертизы на основании п. 3.2 ст. 196 УПК:

«В соответствии с действующими нормативными документами, регламентирующими организацию медицинской помощи по профилю «наркология», срок, необходимый для проведения курса лечения конкретного больного от наркомании и его медицинской реабилитации определяется непосредственно в процессе проведения лечебно-реабилитационных мероприятий и может меняться в зависимости от их эффективности, современный уровень развития науки не позволяет определить указанный срок на этапе производства судебно-психиатрической экспертизы.»